Вниз

FINAL FRONTIER

Объявление




KEEP CALM AND LOVE NY
апрель 2017 года
средняя температура воздуха: +7...+13° С
городское фэнтези, 18+

Характер мирных протестов магов постепенно обостряется, ситуация в Штатах становится все напряженней, особый удар приходится по Нью-Йорку. В марте происходит ритуальное убийство Эдварда Рида, видного политика.
Общество похоже на натянутую струну, а город готов вспыхнуть от первой же искры.


ИГРОКИ

АКТИВИСТЫ


ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД


НУЖНЫЕ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FINAL FRONTIER » МОМЕНТ НАСТОЯЩЕГО » Stayin' Alive!


Stayin' Alive!

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://s3.uploads.ru/xGO4k.gif

1 апреля 2017 года

Рейвен Чельберг, Малькольм Гиллан

Это напоминало какую-то плохую первоапрельскую шутку — медиков пригнали на филфак учить оказывать первую помощь и еще что-то важное, светлое и вечное.
Филологи, впрочем, не испугались: неделей ранее их учили надевать противогазы.

+1

2

Внешний вид: серая футболка с черепами, обтягивающие черные джинсы, темно-зеленые кеды. Кожаная черная косуха. Волосы в художественном беспорядке, который лепился в течение десяти минут перед зеркалом
Инвентарь: телефон, банковская карта, мелочь, сигареты и зажигалка, все тщательно распихано по карманам.


[indent]Рейвен мечтал только об одном: выспаться. ФБКБ сжирало большую часть свободного времени, на пьянки и развлечения оставались какие-то жалкие вечера, по выходным приходилось делать вид, что он не кто-то там, а относительно приличный студент. Разумеется, у него была договоренность о том, что с работы его будут отпускать на сессию, хотя Рейвен, конечно, не очень понимал, как Ловчему может пригодиться филологическое образование, несколько раз порывался бросить, но его останавливали чуть ли не за руку и не давали совершить глупость. Мол, хоть какая-то корочка нужна, посмотрите на них. Только вот кому? Рейвену? Он точно не собирался потом изучать литературу или, например, преподавать, ему предстояло покинуть стены ФБКБ вперед ногами, как и всем сотрудникам. Возможно, конечно, кому-то тут и светила счастливая пенсия, но уж точно вряд ли Ловчим.
[indent]И тогда, когда появлялись свободные дни, Рейвену больше всего хотелось валяться на кровати, замотавшись в одеяло, а не уныло торчать в аудитории и ждать черт знает чего.
[indent]Конечно, не все было так плохо, как могло бы показаться. На обычные лекции его никто не вызывал — по всей видимости, берегли и не решались обходиться слишком жестоко, — зато на всевозможные мероприятия притаскивали только так, заставляли прыгать на сцене, орать с нее в качестве ведущего, то какие-то конкурсы вести, то вообще дебильные костюмы напяливали. И каждый раз говорили одно и то же: Рейвен, ели будешь отлынивать не допустим к сессии. А он тыкал этим жестоким людям справкой с работы, указывал на гербовую печать и иногда даже шипел, что если что-то такое произойдет, придет злой дядька-директор ФБКБ и всем тут надерет задницы. Никто в применение таких отчаянных мер не верил, приходилось все-таки заниматься дурацкими мероприятиями и быть хорошим мальчиком.
[indent]Вот и теперь, лежа носом в стол, он вел себя предельно хорошо.
[indent]Им пообещали, что сегодня на факультет наведаются какие-то медики из соседнего универа, чтобы помочь печальным книгочеям не умереть от бытового идиотизма. Рейвен, всегда под боком имевший медицинский кабинет в ФБКБ и готовый бежать туда, чтобы его измерили температуру, да и вообще окруженный магами, в том числе и магами крови, которые могут и с порезом помочь, и с серьезной раной, только фыркнул на этот аттракцион невиданной щедрости.
[indent]Только все равно присутствовал, никуда не деться.
[indent]Иногда начинало казаться, что декан был страшнее Холленса.
[indent]— Я хочу есть и на ручки, — заныл Рейвен, пытаясь решить, уползти под стол или наоборот развалиться на нем.
[indent]На него с двух сторон шикнули: великолепная реакция самых настоящих друзей. Хотя, конечно, друзьями однокурсники не были, а так, собутыльниками. Да и вообще Рейвен старался искать себе приятелей среди представителей других профессий, потому то здесь, в аудитории, присутствовали практически одни девушки. Многие из них были охочи до мужского внимания, поэтому для того, чтобы ни одна дикая фурия не набросилась и не растащила на сувениры, приходилось держать ухо востро и никому не показывать особого расположения — так, на всякий случай. [indent]А то, что Рейвен практически не присутствовал на занятиях, было только ему на руку.
[indent]Медики задерживались.
[indent]Полежав еще немного мордой в стол, Рейвен вздохнул, встал и пошел в сторону двери из аудитории.
[indent]— КУДА?! — громогласно рявкнул какой-то женский голосок.
[indent]Рейвен аж подпрыгнул от неожиданности. Он оглянулся, посмотрел на девушек, но все они, как одна, смотрели с неодобрением — и не поймешь, кто говорил, абсолютно в каждых накрашенных глазах была написана острая жажда крови.
[indent]Порой казалось, что вот такие дамочки еще страшнее, чем твари из нематериального мира.
[indent]— Покурю и вернусь, — ответил Рейвен, ни к кому напрямую не общаясь.
[indent]Ближайшие ряды сощурились, за ними кто-то начал хмыкать. Вроде, волной ярости смести было не должно, да и никто не поднимался, даже скрюченные пальцы не выставлял. Пробный шаг в сторону двери удался, а после него Рейвен расслабился и зашагал более смело. Так-то оно явно все лучше, чем зад просиживать на абсолютно бесполезной паре.

+2

3

Внешний вид: тёмно-коричневая толстовка с карманом-кенгуру, бежевые брюки, белая футболка с красным крестом на груди и чёрные кроссовки.
Инвентарь: солнцезащитные очки, удостоверение личности, пропуск в родной университет, сигареты, зажигалка, связка ключей, пара пластиковых карт, мобильник, а также рюкзак с кое-какими “вещицами” для лекции.

Мало того, что своих балбесов и лентяев надо было ставить на ноги и учить уму-разуму, так ещё и чужих подсунули за компанию, словно работы мало, медики сидят, в картишки перекидываются да скучают… Даже, если бы так и было, Малькольм всё равно б не стал брать чужих студентов, ибо знал: публика то неблагодарная, им к чёрту не свалилось слушать какого-то пришлого лектора, лучше бы поскорее удрать
в сторону дома или ещё куда, лишь бы не торчать в стенах университета. Гиллан прекрасно понимал этих студентов — сам таким был, сам не любил, когда помимо основных предметов в сетку неожиданно закидывалось что-нибудь ещё, совершенно не подходящее для выбранной профессии.
Однако деваться было некуда, от начальства уже не отвертеться, им уж очень надо для отчётности, мать их. Да и куда там — налаживаем межуниверситетские связи же, благое дело! Медики  и филологи — братья навек!
Будучи не в самом хорошем расположении духа медик даже хотел было взять с собой своих студентов, напрячь их с работой, устроив им внеплановый зачёт, но пожалел. Всё-таки не они виноваты во всей этой хрени, да и им и так ещё помучиться придётся, закрывая сессию. Уж кто-кто, а Малькольм просто так закрыть её не даст.
Благо, что университет, где следовало прочесть лекцию, был недалеко, иначе и филологам бы не поздоровилось — как пить дать.
Хотя тут ещё спорно.
— Уже уходите? — нужный кабинет Малькольм не без проблем, но нашёл, пусть и задержавшись. Как говорил один из его преподавателей, главное иметь желание прийти на пару, а когда именно ты пришёл — уже не столь важно, ведь пришёл. Эти золотые слова Гиллан периодически повторял и своим студентам, если умудрялся-таки опоздать на собственное занятие. Хотя им опаздывать не давал.
Окинув взглядом юношу, с которым он чуть было не столкнулся в дверях, медик кивнул в сторону свободных мест, призывая того сесть. Раз уж он приехал, то занятию — быть, студентам на нём — быть.
— Доброе утро! Сразу скажу, что в конце подведём итоги и проведём перекличку. Ваш декан мне не оставил список вашей группы, но это не беда, — подойдя к преподавательскому столу быстрым шагом, словно пролетев через всю аудиторию, Малькольм положил рюкзак на стол, снял очки и наконец оглядел всех собравшихся. Самый настоящий малинник. Несладко, наверное, живётся малой мужской части коллектива среди девушек: они в небольшом количестве являются невообразимым источником шума и безосновательного бурления, а тут… Только и остаётся, что посочувствовать.
— Если кто оказался сегодня в этой аудитории случайно, даже не подозревая, куда он попал, то я приподниму эту таинственную завесу — руководство вашего университета посчитало, что вам следует знать, как себя вести в ситуациях, когда вашему ближнему нужна медицинская помощь, и как вы можете её оказать, не угробив этого самого ближнего. Думаю, каждый из вас хотя бы раз слышал в новостях в Интернете, по ТВ или в какой-то литературе, что очень много людей гибнут вследствие того, что первая помощь им не оказана или оказана, но неправильно. Иногда люди честно пытаются что-то сделать, толком и не представляя, что им следует делать. Они могут повертеть человека со сломанным позвоночником; “уличить” человека с инсультом, услышав его речь, в идиотничестве и не предпринять никаких мер; начать “лечить” самостоятельно — ведь само пройдёт, так лучше будет, я видел, слышал, читал, так делали в программе того мужика, что церебральные параличи и умственную отсталость благодаря уринотерапии лечит! Этими людьми, сколько бы ни были благородны их побуждения, движут ничто иное, как невежество и безграмотность. Я не говорю о том, что каждый из вас должен в случае экстренной нехватки медперсонала в больницах занимать пустующие места, но вот знать базовые вещи вы… я не побоюсь этого слова — обязаны. Просто помните о том, что на месте пострадавшего можете оказаться не только вы, но и ваша семья, и жизни будут зависеть не только от профессиональных врачей, но и от вас самих. Каждое действие имеет последствие: верное — продвигает вас к цели на один ход, неверное — отбрасывает на два назад, а иногда и вовсе приводит к фатальным последствиям.
Медик сделал паузу, внимательно наблюдая за аудиторией и пытаясь почувствовать  их настроение — поняли ли они то, что им пытаются донести.
— Я — Малькольм Гиллан, военный врач, ныне преподающий в медицинском университете этого города. И сегодня я постараюсь в кратчайший срок ликвидировать тотальную безграмотность и невежество, из-за которого люди теряют жизни. Итак, начнём. Представьте, что перед вами по улице идёт человек. Идёт совершенно нормально, выглядит так, как все — ничего особого, глазу без желания не уцепиться. Однако в один прекрасный момент он падает, и более не встаёт. Что вы будете делать, если рядом не будет ни души? И да... пусть ответит тот юноша, с которым я в дверях столкнулся.

+2

4

[indent]Он сердцем чувствовал этим утром, что стоило оставаться в кровати и не дергаться. Даже будильник прозвенел не первого раза, можно было принять это за намек судьбы.
[indent]Но нет, Рейвен решил, что он честный и правильный да и вообще хотелось закрыть эту сессию, а не пролететь и потом еще неизвестно сколько бегать за преподавателями, упрашивая, чтобы они приняли у него экзамены и зачеты. Пер сюда через весь город, даже привел себя в божеский вид, справился с желанием плюнуть на все и отправиться завтракать в ближайшую кафешку. И что? А вот то, что теперь ни покурить, ни прогуляться — ничего.
[indent]В ФБКБ Рейвен откровенно расслаблялся, сам того не подозревая, отдыхал от привычных забот молодых людей его возраста, а потом вновь ударялся с накопленными силами в привычные удовольствия. От того, что приходится учиться, он уже отвык, сидеть на лекциях для него было просто невыносимо.
[indent]Хмуро посмотрев на вошедшего мужика, Рейвен вздохнул и вернулся на прежнее место. Ближайшие девицы посмотрели на него с превосходством, будто сами приложили руку к тому, чтобы он не покидал аудиторию, а после этого начали внимать речам мужика.
[indent]В его планы входило отсидеться, дать возможность однокурсницам посмотреть на завалившегося в аудиторию мужика, научиться делать искусственное дыхание или еще что-то такое. В идеале было бы поспать прямо на парте, потому что, в самом деле, ну кому нужны эти способности оказывать первую помощь в мире, где все можно решить одним телефонным звонком?
[indent]Вот только этот Малькольм Гиллан решил, что ему не хватает мужского голоса поверх женских голов.
[indent]— Первым делом я проверю пульс и дыхание, — сказал Рейвен, поднимаясь с места, чтобы все его нормально видели.
[indent]Публичных выступлений, даже подобных, когда это просто ответы на паре, он не боялся.
[indent]Некоторые повернулись, чтобы посмотреть на него и послушать ответ, какие-то из девушек даже криво заулыбались, ожидая, когда же он попадет впросак и окажется не прав. Не нравился он доброй половине аудитории — кому-то из-за того, что слишком много прогуливал, кому-то — потому что не оценил по достоинству взмахи ресницами и кокетливое хихиканье.
[indent]— Если человек без сознания, проверю, как там у него с языком. Ну, в смысле, не задохнется ли этот малый, на всякий случай положу его боком, а потом позвоню в скорую. Хотя не, сначала попытаюсь его сам в чувство привести, по щекам похлопаю, например, что-то в том духе, а уже потом в скорую.
[indent]Рейвен развел руками и улыбнулся.
[indent]Он не особенно-то знал, что там делать дальше, полагал, что самым удачным вариантом будет сразу же звонить врачам или, может, вообще просто найти кого-то, кто сможет помочь лучше. В фильмах Рейвен насмотрелся, как всякие случайные ребята тут же бросались делать искусственное дыхание или, например, массаж сердца, но что-то подсказывало, что подобное в реальной жизни не прокатит. Не хотелось бы прикончить кого-то, стараясь при этом помочь.
[indent]— И буду рядом с ним торчать на всякий случай, пока медики не приедут, — добавил Рейвен, пусть на самом деле предпочел бы сбежать так сразу, как даст скорой адрес.

Отредактировано Raven Kjellberg (2017-12-16 18:45:22)

+1

5

Малькольм не удивился бы, если этот студент не последовал его молчаливой просьбе и всё-таки удрал с занятия. Признаться, он бы и сам так сделал, если бы желание оказаться дома было достаточно сильным. Но, раз уж юноша здесь, то хорошо — не девочка же отдуваться, в самом-то деле.
— Действительно. Реанимировать труп было бы… непозволительной роскошью и необдуманной тратой времени и сил, — моментально отозвался Гиллан, желая поддерживать более-менее живой диалог с говорящим, толкая его на размышления. Он любил подобную манеру преподавания: оставлять учеников наедине с собственными учебными проблемами было не столь эффективно, как направлять их мысли в нужную сторону и по крошкам подкидывать разгадки заданных вопросов — авось за следующий ход и сами урвут оставшийся ломоть хлеба. Это, наверное, и есть педагогический триумф.
— И сколько времени Вы планируете тратить на то, чтобы привести его в чувства? Один Всевышний ведает, что с упавшим человеком. Может быть, у него абсанс — эпилептический припадок с отключением сознания без судорог, и примерно через минуту человек и сам очнётся. А, быть может, у него всё-таки инсульт? — иногда студентам Малькольма казалось, что преподаватель издевается над ними, задавая 1000 и 1 вопрос, заставляя на них отвечать, рассуждать вслух, резко петляя в своих вопросах. Гиллан на первой лекции даже сам предупреждает, что у учеников может возникнуть такое ощущение, но это не более, чем манера преподавания, основанная на вызывании эмоций и принуждении находиться в постоянном напряжении. Так лучше развивается логика и усваивается учебный материал — и всего-то.
— Время, — произнёс он, чуть повысив голос, из-за чего речевое расстройство особенно сильно дало о себе знать, — Не на Вашей стороне. Оно никогда не будет полноправным союзником: и сейчас, когда перед Вами лежит человек, оно, быть может, стремительно убивает его. Поэтому никакой самодеятельности, сразу вызов бригады медиков и отправка пациента в ближайший госпиталь. Но что верно — так это быть рядом с беззащитным человеком. Это действительно важно, учитывая, что он может быть в опасности в любой момент.
Медик перевёл дыхание, а затем снова продолжил.
Я загадал именно инсульт, да. Это очень коварный и скоротечный процесс, последствия которого необратимы. 10 минут достаточно, чтобы погибли нейроны в тех областях мозга, куда не поступает кровь. 30 минут — человек ещё сможет вернуться к более-менее привычной жизни, но если пройдёт несколько часов — он навсегда останется беспомощным инвалидом, неспособным заботиться о себе самостоятельно. А если бы всё-таки эпилептический припадок, да не абсанс, а классика — падение, судороги, вокализации? Так, словно в человека бес вселился? Схватил бы, придавил,
попытался сунуть руку в рот, ещё чего?

+1

6

[indent]Рейвену казалось, что преподаватель как раз издевался. Это было не очень справедливо с его стороны, потому что все-таки всегда думалось, что медики должны помогать, а не наоборот. Может, этот картавый мужик и оказывал кому-то там поддержку, помощь и вообще жизнь спасал, но в аудитории он сейчас задавал абсолютно дурацкие вопросы.
[indent]Ладно, конечно, крайне важно знать, что делать с инсультником. Рейвен представил, как бы вел себя в реальной жизни... и не смог вообразить ничего толкового.
[indent]Ему проще было бы даже драку разнять, хотя с этим тоже были определенные сложности: он до сих пор трусил влезать в левый мордобой, особенно когда собачка внутри спала и не подавала признаков жизни.
[indent]Зато на примере Рейвена все прекрасно понимали, как нужно себя вести. Филологические девицы строчили конспект всего того, что говорил Малькольм Гиллан, ловили буквально каждое его слово, кивали так, будто все здесь, как одна, были сестрами милосердия. Ясное дело, что они все бы тоже так же стушевались, как и Рейвен в своем воображении. Но перед мужиком-то нужно было покрасоваться, куда без того! Кто-то даже явно гуглил, сунув руки под стол и тыкаясь в телефон, чтобы блеснуть знаниями.
[indent]А Рейвен, вот, стоял и отдувался за всех, потому что судьба у него была такая.
[indent]Лучше бы решил сбежать покурить минутой раньше.
[indent]— Ну... эм... крестом по лбу? — Рейвен пожал плечами.
[indent]С нескольких сторон послышались реденькие смешки: шутка удалась, хотя не вызвала у большинства бурного энтузиазма.
[indent]В ФБКБ учили оказывать первую помощь при ранениях и каких-то неординарных ситуациях, но никто не озаботился о том, чтобы рассказывать Ловчим, что делать с эпилептиками. Если вдруг одержимость — да, разумеется, хотя тут обычно план действия был короткий, зато рабочий. От Рейвена сейчас требовалось явно не это.
[indent]— Я бы не руку в рот совал, а что-нибудь еще, вдруг он меня укусит? Но зубы, вроде, разжать надо, чтобы язык не откусил, — он говорил не особо уверенно и при этом даже волосы ерошил. И посмотрел по сторонам, в тайне надеясь, что кто-нибудь поможет.
[indent]Всем барышням было плевать на проблемы Рейвена.
[indent]Он вздохнул.
[indent]— Главное, короче, дать эпилептику переждать приступ, а дальше все будет нормально.

0


Вы здесь » FINAL FRONTIER » МОМЕНТ НАСТОЯЩЕГО » Stayin' Alive!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC